24 января 1803 г. по его инициативе была опубликована программа Министерства народного просвещения. Она предусматривала, что вышестоящие должности могут занять лишь лица, получившие соответствующее образование. Что за этим крылось? Да то, что высокое образование могли получить прежде всего и чаще всего представители дворянства. Настоящего дворянства, а не выходцев из числа кухаркиных детей. Сперанский, надо полагать, надеялся этим решить проблему недовольства коллег по сословию. Но… человек предполагает, а Бог располагает. Произошло нечто, что никак не вписывалось в планы ученого. Дворянские дети не захотели учиться.
Из литературы того времени мы знаем, что среди недорослей были студенты тридцатипяти-, а то и сорокалетние. Вечерами на посиделках можно было услышать, что тот или иной великовозрастный студент «пишет очень важную государственную статью». Правда, как выяснялось, статья эта пишется уже несколько лет, а сам студент уже и не помнит, на какую же тему он пишет свою статью.
Правительству стало известно, что программа, предложенная Сперанским, не сработала. Но надо было что-то делать!
И сделали. 6 августа 1809 г. вышел закон, согласно которому в чин коллежского асессора (это VIII класс) могли производиться лишь лица, имеющие высшее образование. И это кроме выслуги лет.